Оригинальная. Изагитационного артиллерийского снаряда . Отличное состояние. Бумага имеетспецифический запах заряда от боеприпасов. Во время войны, советскиебойцы зачастую брали эти листовки чтоб использовать под самокрутки.Тонкая бумага отлично годилась под это дело. Но если данный листочекобнаруживали в личных вещах бойца сотрудники СМЕРШа, то судьбанезадачливого солдата была незавидной...

Пропагандистские листовки фашистской Германии.

Почти всекрупномасштабные войны XX века сопровождались пропагандистскими усилиямивоюющих сторон с целью деморализовать и разложить изнутри вражескуюармию, склонить солдат неприятеля бросить оружие и сдаться в плен. Вгоды Второй мировой войны в нацистской Германии для этой цели был созданспециальный аппарат, “ибо пропаганда, — считал А. Гитлер, — являетсятем же орудием борьбы, а в руках знатока этого дела — самым страшным изорудий”. Общее руководство пропагандистской работой в рейхе осуществляломинистерство пропаганды И. Геббельса. Параллельно действовала системапропаганды в ведомстве А. Розенберга, имперского министра восточныхтерриторий. При генеральном штабе германской армии работало специальноеуправление по ведению пропаганды среди войск противника и населенияоккупированных территорий. 

К моменту вторжения на советскуютерриторию в немецких войсках, предназначенных к войне на Восточномфронте, было сформировано 19 рот пропаганды и 6 взводов военныхкорреспондентов СС. В их состав входили военные журналисты, переводчики,персонал по обслуживанию пропагандистских радио автомобилей, сотрудникиполевых типографий, специалисты по изданию и распространениюантисоветской литературы, плакатов, листовок. “Искусство” нацистскойпропаганды строилось на принципах, изложенных Гитлером: — “пропагандадолжна обращаться только к массе”; — “пропаганда должна воздействоватьбольше на чувство и лишь в очень небольшой степени на так называемыйразум”; — “излагать идеи кратко, ясно, понятно, в форме легкозапоминаемых лозунгов”; — “чтобы лжи поверили, необходимо еепропагандировать самым односторонним, грубым, настойчивым образом”.Отличительной чертой нацистской пропаганды было ее особое стремление кпримитивизации в расчете на малообразованные и политически неопытныемассы. “Всякая пропаганда, — писал Гитлер, — должна быть доступной длямассы; ее уровень должен исходить из меры понимания, свойственный самымотсталым индивидуумам из числа тех, на кого она хочет воздействовать… Араз дело идет о пропаганде во время войны… то ясно, что пропагандадолжна быть максимально проста”. Самым простым и эффективным средствомморально-психологического разложения советских войск в условиях войныстали немецкие пропагандистские листовки. В “Предложениях по составлениюлистовок для войск противника” Геббельс напоминал свои подчиненным, чтодля пропагандиста в его работе все средства хороши, если ониспособствуют достижению цели: “Пропаганда разложения — грязное дело, неимеющее ничего общего с верой или мировоззрением. В этом деле решающимявляется только сам результат. Если нам удастся завоевать довериепротивника… и если нам удастся проникнуть в души солдат противника,заронить в них разлагающие их лозунги, — совершенно безразлично, будутли это марксистские, еврейские или интеллигентские лозунги, лишь бы онибыли действенны!” Листовки изготавливали в огромном количестве иассортименте. Все они, как правило, были отпечатаны на простой газетнойбумаге, в черно-белом исполнении, с текстом на одной стороне и рисунком(или фотографией) на другой. Изредка встречались листовки сдополнительным оттиском красного цвета, подчеркивающим важность того илииного элемента листовки, будь то рисунок или политический лозунг. Омасштабах тиражей можно судить по одной только записи Геббельса,сделанной им в своем дневнике в июне 1941 г.: “Около 50 млн листовок дляКрасной Армии уже отпечатано, разослано и будет разбросано нашейавиацией…” Первоначально листовки изготавливались централизованно вГермании, однако по мере продвижения германских войск в глубь советскойтерритории, их производство было налажено непосредственно в войсках, атакже на трофейных советских типографиях. Судя по лексике, конструкциямфраз, используемым художественным приемам, тексты листовок писалисьлюдьми, для которых русский язык был родным. В отличие отпропагандистских плакатов, адресованных населению оккупированныхтерриторий, “окопные” листовки, предназначенные для распространения взоне боевых действий советских войск, отличались небольшим форматом —размером с почтовую открытку. Такие листовки было удобнее разбрасывать ссамолетов над позициями противника, а диверсантам — переносить на себеза линию фронта для распространения в тылу Красной Армии. Наконец, такуюлистовку любому красноармейцу было проще поднять с земли и незаметно отглаз политкомиссаров положить в карман. Характерная особенность“окопных” листовок: практически все они служили одновременно пропускомдля добровольного перехода бойцов и командиров РККА на сторонугерманских войск. Текст пропуска на русском и немецком языках особоочерчивали в листовке. В начальный период войны он выглядел обычно так:“ПРОПУСК. Предъявитель сего, не желая бессмысленного кровопролития заинтересы жидов и комиссаров, оставляет побежденную Красную Армию ипереходит на сторону Германских Вооруженных Сил. Немецкие офицеры исолдаты окажут перешедшему хороший прием, накормят его и устроят наработу. Пропуск действителен для неограниченного количества переходящихна сторону германских войск командиров и бойцов РККА”. Рядом печаталсяаналогичный текст на немецком языке, вероятно, для того, чтобысдававшийся в плен красноармеец был уверен, что его намерения будутправильно понятны немецкими солдатами. Весной 1943 г., когда в составегерманской армии появились коллаборационистские военные формирования изчисла граждан СССР, органы пропаганды III Рейха начали адресоватьлистовки-пропуски бойцам многонациональной Красной Армии следующегосодержания: “Пропуск действителен для неограниченного числа командиров,бойцов и политработников РККА, переходящих на сторону ГерманскихВооруженных Сил, их союзников, Русской Освободительной Армии иукраинских, кавказских, казачьих, туркестанских и татарскихосвободительных отрядов”. Основные тезисы “листовочной” пропаганды былиразработаны Геббельсом еще до начала военных действий против СоветскогоСоюза: “…никакого антисоветизма, никакого возвращения царизма; неговорить о расчленении русского государства (иначе озлобим настроеннуювеликорусски армию); против Сталина и его еврейских приспешников; земля —крестьянам… Резко обвинять большевизм, разоблачать его неудачи во всехобластях. В остальном ориентироваться на ход событий…” Следуя этимустановкам, советская власть, большевистская партия и ее руководствоподвергались со стороны немецких пропагандистов уничтожающей критике.Начавшаяся война подавалась ими как освободительная миссия германскойнародной армии, борющейся против варварства большевиков. Успехи вермахтанеизбежны не только потому, что большевистское руководство показалосвою полную несостоятельность, но и потому, что Красная Армия не хочет ине может воевать за интересы ВКП(б): “Командиры и бойцы Красной Армии!Ваше положение безнадежно. Все теснее сжимается кольцо германских войсквокруг вас. Вам не хватает боеприпасов, снабжения и продовольствия, вашиправители и вожди ни к чему не способны, бегут и оставляют вас напроизвол судьбы. Многих из вас комвласть до сих пор угнетала и лишалавсех прав, теперь же она пользуется вами для защиты своего режима. Вашаборьба бесполезна! Разве это допустимо, чтобы ваше начальство изупрямства все еще беспощадно гнало вас на неизбежную смерть? Нет — вамваша жизнь дорога! Сохраните же ее для лучшего будущего и для вашихсемей. Переходите к немцам — там вас ждет хорошее обращение ипропитание, а также скорое возвращение на родину”. “Враги Сталина — нашидрузья!” Особые усилия немецкой пропаганды были сосредоточены на фигуреИ. Сталина. В одной из листовок привычная аббревиатура СССРрасшифровывалась как “Смерть Сталина Спасет Россию”. Тут же карикатура:пролетарский молот ударяет Сталина по голове, а крестьянский серпприставлен к его шее. В июле 1941 года под Витебском командир батареи14-го гаубичного артиллерийского полка 14-й бронетанковой дивизии ЯковДжугашвили попал в плен. Для немецких пропагандистов это стало настоящейудачей. Еще бы! Сын самого Сталина, живой и невредимый, оказался внемецком плену. На этом была развернута целая пропагандистская кампания.В срочном порядке изготовили листовку “А вы знаете, кто это?”, где былипомещены фотографии Якова в окружении немецких офицеров. На обратнойстороне следовал текст: “Это Яков Джугашвили, старший сын Сталина… Онсдался в плен, потому что всякое сопротивление Германской Армии отнынебесполезно! Следуйте примеру сына Сталина — он жив, здоров и чувствуетсебя прекрасно. Зачем вам приносить бесполезные жертвы, идти на вернуюсмерть, когда даже сын вашего верховного заправилы уже сдался в плен.Переходите и вы!”   Такие пропагандистские листовкитысячами были разбросаны с немецких самолетов.

Одну из них вспециальном, опечатанном сургучом, конверте доставили с фронта попоручению Жданова лично Сталину. А через несколько дней появилась новаялистовка. В нее был включен текст письма, написанного как будто рукойЯкова: “Дорогой отец, я вполне здоров, буду отправлен в один изофицерских лагерей в Германии.

Обращение хорошее. Желаю здоровья, приветвсем. Яша”. Сталин, похоже, поверил тогда в измену сына, и можно толькодогадываться, какой эффект произвела эта листовка на отступающиесоветские войска.  Ассортимент антисемитских листовок был, пожалуй,самым обильным в арсенале пропагандистов рейха. Здесь использовалисьразличные приемы и средства идеологического разложения советских солдат —от примитивных лозунгов типа “Бей жида-политрука, рожа просит кирпича!”до пламенных воззваний начать новую, на этот раз —антибольшевистскую-антиеврейскую революцию: “Бойцы, командиры иполитработники! Ваш святой долг начать вторую революцию за счастьеРодины, Ваших семей. Знайте, что победа за Вами, так как оружие в Вашихруках. Спасайте Отечество от жидовского хама! Долой предателей России —жидовских пособников! Смерть жидовскому большевизму! Вперед, за свободу,за счастье и жизнь!” Не гнушались немецкие пропагандисты и такназываемыми “легкими” жанрами: карикатурой, незамысловатымиюмористическими стишками. Они легко запоминались и при случаепересказывались другим. Надо полагать, что со своими пропагандистскимизадачами сатирические жанры, в силу их нарочитой примитивности иобразности, справлялись не хуже рационально выверенных пропагандистскихматериалов. Их сила заключалась в особом эмоциональном воздействии начитателя.  “Разлагающие” листовки обильно снабжались фотографиями сосценами якобы беспечной жизни бывших красноармейцев у немцев. К примеру,в листовке, озаглавленной “Так живется твоим товарищам в немецкомплену”, на фотографии был запечатлен мужчина в военной форме без погон,мирно читающий книгу, лежа на кровати. Расслабленная поза человека,интерьер комнаты, заправленная бельем постель — все говорит обобстановке покоя, тепла и уюта. Под фотографией подпись, ради которой,собственно, и изготавливалась листовка: “После конца работы — ты самхозяин своего времени. Хочешь, читай книгу, хочешь, спи, хочешь, гуляй!Ни на собрание, ни на субботник тебя не потащат”. Не стеснялисьпомощники Геббельса публиковать даже такие постановочные снимки: бывшиекрасноармейцы, переодетые в новые суконные бушлаты, играют намузыкальных инструментах и поют. У одного в руках гитара, у другого —мандолина, у третьего — баян. Остальные, приобнявшись, весело подпеваютмузыкантам. Подобными листовками пропагандисты рейха всеми силамистарались внушить красноармейцам, что пребывание в немецком плену несвязано ни с какими рисками. Напротив, добровольно сдавшихся ожидаетсытная жизнь, мирная работа и отдых, а особо отличившихся в труде —награда от германского командования. *** А что же советскаяконтрпропаганда? Надо признать, что в первые месяцы войны командованиеКрасной Армии оказалось не готовым к активной работе против пропагандынацистов. Более того, некоторые советские политработники вообще несчитали нужным этого делать, полагая, что “в провокационном иавантюристическом характере, в лживости вражеской пропаганды — ееглавная слабость…

Поэтому-то в нашей пропаганде нет необходимости дажеопровергать содержание вражеских листовок, ибо их опровергают самифашисты своими делами: убийствами, грабежами, насилием”. Явнаянедооценка опасности немецкой “пропаганды разложения” позволиласотрудникам Геббельса на начальном этапе войны захватить инициативу.

Первые ошеломляющие успехи вермахта подорвали у многих бойцов икомандиров Красной Армии веру в возможность победы над Германией. Однакоуже с зимы 1942 г., после разгрома фашистов под Москвой, советскаяконтрпропаганда приняла активный наступательный характер. Командование РККАвыпустило ряд директив, предписывающих командирам и политработникамвсех уровней всеми способами разоблачать немецкую пропаганду. По меретого, как среди красноармейцев стала распространяться информация обистинном положении советских военнопленных в немецком плену,действенность нацистской “пропаганды разложения” значительнопоубавилась, а после 1943 г., с завершением коренного перелома в войне имассовым отступлением частей германской армии по всему фронту, и вовсестала ничтожной.